Серийные убийства в странах Европы. Хроники подлинных уголовных расследований - Алексей Ракитин

Тиффани Хоувелд, так вот в титрах она не была даже упомянута. Убийство Хоувелд и Карабеи оставалось нераскрытым многие десятилетия пока летом 2016 года не последовало неожиданное признание Анджело Иззо, приписавшего совершение этого преступления себе.

И именно рассказ Иззо об этом двойном убийстве перебрасывал «логический мостик» к рассказу Франческо Нардуччи о первом криминальном эпизоде «Флорентийского Монстра».

Во время «воспоминаний с наводящими вопросами» Иззо был задан прямой вопрос: признался ли ему Франческо Нардуччи в том, что это именно он совершил убийство Петтини и Джентилкоре? Иззо ответил отрицательно – Нардуччи ни единым словом не заявил о своей причастности к упомянутому преступлению и не подтвердил того, что был на месте его совершения. Но тем не менее он знал о случившейся в Борго-Сан-Лоренцо очень специфические детали, которые причастные к расследованию должностные лица пожелали не предавать огласке даже спустя более 40 лет после того, как Иззо услышал их из уст Нардуччи.

Сказать, что воспоминания Иззо о посещении виллы на озере Тразимено вызвали оторопь беседовавших с ним «законников», значит не сказать ничего. Конечно же, слова бывшего «ультра-наци» вызвали недоверие. С целью проверки рассказанной истории ему было задано множество вопросов, если выражаться точнее, многие десятки вопросов.

И тут Иззо ещё раз поразил допрашивавших, блестяще пройдя проверку. Воспроизвести эту часть допроса даже в форме косвенной речи не представляется возможным ввиду её величины, но тезисно можно перечислить те детали, осведомленность о которых проявил допрашиваемый.

А именно:

– Иззо точно описал расположение виллы Франческо Нардуччи относительно ближайшего населенного пункта и подъездную дорогу.

– Он совершенно верно сообщил, что озеро Тразимено находится на некотором отдалении от виллы и водную поверхность можно видеть из окон 2-го этажа, выходящих на восток.

– Допрашиваемый дал верное описание общей планировки виллы, рассказав о наличии небольшого внутреннего дворика, невидимого снаружи. В этом дворике в 1975 году росло несколько деревьев и кусты, имелись 2 скамейки, фонтан отсутствовал.

– Иззо очень точно описал внутреннюю планировку здания, сразу оговорив, что не имел возможности обойти его целиком и видел только часть дома. Тем не менее, он совершенно верно сообщил, что в доме имелись 2 широких лестницы наверх, расположенные в разных частях здания. Планировка виллы не была симметричной – в одной части дома на 1-м этаже имелись 3 больших кладовых, которых не было в другой части.

– Описывая умозрительное перемещение по вилле, допрашиваемый точно сообщал большое количество деталей, которые мог знать только тот, кто бывал внутри [правые и левые повороты от лестниц, открывание дверей наружу или внутрь, наличие одно– и двухстворчатых дверей и т.п.].

Иззо был очень убедителен. Допрашивавшие его сотрудники правоохранительных органов даже заподозрили, что он сумел где-то заполучить архитектурный план виллы Нардуччи и хорошенько его изучил. Однако последующая проверка показала, что архитектурного плана виллы 1975 года не существует в принципе, с той поры здание перестраивалось и сейчас планировка дома не соответствует той, что была во время посещения Иззо. По этой причине «законникам» с целью проверки слов последнего пришлось разыскивать людей, бывавших на вилле Франческо Нардуччи примерно в те годы, когда там якобы появлялся Иззо. Они были опрошены и подтвердили правильность его рассказа.

Оценки показаний Анджело Иззо после того, как они преданы огласке, оказались диаметрально противоположны. Часть журналистов категорически отвергла сообщённую им информацию, настаивая на том, что итальянская прокуратура в очередной раз сделалась объектом манипуляций отъявленного мошенника, но многие считали, что выдумать рассказ с таким количеством точных деталей невозможно. Автор не считает нужным навязывать читателю какую-либо определенную точку зрения, но не может не признать того, что рассказанная Иззо история позволяет посмотреть на обстоятельства жизни и смерти Франческо Нардуччи под неожиданным ракурсом. Сейчас мы можем практически не сомневаться в том, что успешный врач-гастроэнтеролог не являлся «Флорентийским Монстром» – в этом нас убеждают данные молекулярно-генетических экспертиз. И точно также мы можем практически не сомневаться в том, что Нардуччи был убит и убийство это – опять-таки! – никаким боком не связано с прекращением в октябре 1985 года активности «Монстра». Совпадения случаются и перед нами пример такого вот совпадения – оно кажется очень подозрительным, почти невероятным, но это именно совпадение. И не более…

Процесс раскрытия документов следственных групп САМ и ГИДЕС продолжается до сих пор. Адвокаты потерпевших и члены парламента – особенно в этом отношении активна Стефания Аскари (Stefania Ascari), депутат нижней палаты парламента с 2018 года – подают всё новые запросы, которые иногда удовлетворяются Министерством юстиции, а иногда нет. В большинстве случаев не удовлетворяются, но даже то, что удаётся заполучить парламентариям и средствам массовой информации, кажется бесценным.

Пресс-конференция 4 ноября 2022 года в парламентском центре, посвященная презентации очередного парламентского отчёта, составленного на основании недавно открытых материалов следственных групп. В пресс-конференции принимали участие депутат нижней палаты парламента Стефания Аскари и прокуроры Джулиано Миньини и Гвидо Сальвини.

Итак, что же по состоянию на сентябрь 2023 года остаётся у нас в «сухом остатке»? Считая обнародованную итальянскими властями в период 2020 – 2023 гг. информацию правдивой, можно констатировать следующее:

– С большой вероятностью личность «Флорентийского Монстра» будет установлена в ближайшие годы. Сейчас правоохранительные органы ведут методичное накопление статистических данных о биометрии населения [в том числе накапливается информация о «ДНК-профилях» жителей страны] и в какой-то момент в базу данных попадёт генетический материал близкородственный «Монстру». Даже если сам преступник умер – а с большой вероятностью это так! – его личность может быть установлена посредством реконструкции через ДНК родственников (братьев, сестёр, детей, племянников).

– Преступления «Монстра» не имеют связи с деятельностью разного рода сект и не имеют ничего общего с жертвоприношениями. Как это не прозвучит для обывателя цинично, но с точки зрения криминологии и криминальной психологии «Монстр» – преступник довольно тривиальный, это глубоко страдающий от психосексуальной травмы фетишист, с серьёзной половой дисфункцией, неспособный к полноценному половому акту с партнёром. Именно указанная неспособность к полноценному половому акту и провоцировала его гнев, направленный на тех людей, кого он классифицировал как «полноценные счастливые пары». В криминологической классификации девиаций у него есть своя «полочка», и сам по себе психотип этого нравственного урода больших вопросов не вызывает. Его ближайшие аналоги – Альберт Фиш, Эд Гейн, непойманный Джек-Потрошитель.

– Этот человек действовал в одиночку, хотя нельзя исключать того, что для маскировки истинной цели своих поездок он сажал в свою машину людей (это мог быть его собственный ребёнок, родственник, либо случайный попутчик). В конечной точке маршрута он высаживал попутчика и далее действовал как убийца-одиночка, выискивавший жертвы.

– Последнее свидетельство активности «Флорентийского Монстра», которое достоверно может быть связано с этим преступником, относится к 10 октября 1985 года. В тот день напомним, возле почтового ящика, в который месяцем ранее было опущено анонимное письмо помощнику прокурора Сильвии Делла Моника, был оставлен конверт с фрагментом плоти Надин Морио. По своему оформлению это послание полностью соответствовало тому, что было отправлено месяцем ранее помощнику прокурора (фрагмент кожи груди с подлежащим слоем, запаянный в полиэтилен, прикрепленный к сложенному листу фотобумаги и т.д.). Практически нет сомнений в том, что это сделал «Монстр», но после этой даты преступник исчезает. Нет никаких достоверных свидетельств его активности после 10 октября 1985 года – после этой даты с ним что-то произошло, что-то такое, что пресекло его всякую криминальную активность. Была ли это смерть, тяжкое травмирование или заболевание с последующей инвалидностью мы сейчас сказать не можем, но разоблачение серийного убийцы безусловно прольёт свет на эту загадку.

– Практически не вызывает сомнений близкая связь «Флорентийского Монстра» с правоохранительными органами Италии. Нельзя исключать того, что он являлся сотрудником одной из многочисленных правоохранительных структур, каковых в тогдашней Итальянской республике насчитывалось поболее, чем пальцев на руках. То, что преступник хорошо обходил расставленные на него ловушки, связано не с его везучестью или особой ловкостью, а с хорошей информированностью о тех приёмах и методах, которые против